Feb 15 2021 10:44
Эльнара Мамедова
Views: 134

"Коммерсантъ" от 14.02.2021, 22:21

Вторая Карабахская война постепенно сходит с повестки мировых СМИ: Азербайджан вернул себе практически все принадлежащие ему по международному праву земли, российские миротворцы заняли позиции между сторонами конфликта, в Агдамском районе Азербайджана заработал российско-турецкий центр по мониторингу ситуации. Между тем для самого Азербайджана история не только не закончилась, она лишь начинается — властям страны и ликующему обществу предстоит гигантских масштабов работа по реинтеграции земель. Обозреватель “Ъ” Алексей Наумов побывал в Баку и на возвращенных территориях, чтобы понять, чем живет Азербайджан сегодня и как собирается жить дальше.

Карабахский триумф

«Карабах—Азербайджан» — нет, пожалуй, более распространенной фразы в эти дни в Азербайджане. «Карабах—Азербайджан» — сообщают огромные экраны в зоне прилета аэропорта имени Гейдара Алиева. «Карабах—Азербайджан» — утверждают билборды на городских улицах. «Карабах—Азербайджан» — видны надписи на маршрутном табло снующих по городу рейсовых автобусов.

В общем, территория Карабаха никогда не переставала быть территорией Азербайджана не только на юридическом, но даже на символическом уровне: соответствующие карты исправно печатались в местных типографиях, дорожные указатели с надписями «Шуша» или «Агдам» годами были на своих местах и старательно обновлялись.

О ситуации извещали и иностранцев: на экранах бакинских банковских терминалов об оккупации 20% территории сообщалось, например, на английском языке. Да и львиная доля внешней коммуникации Баку была построена вокруг карабахской проблематики и четырех решений Совбеза ООН, призывающих к возвращению Азербайджану районов, находящихся под контролем «армян Нагорного Карабаха».

Следы не только триумфа, но и недавней войны видны в Баку повсюду: и на витринах больших магазинов, и за стеклами крохотных уличных палаток с шаурмой, и в помещениях респектабельных компаний можно увидеть фотографии людей в военной форме — солдат, отправившихся воевать за азербайджанскую землю.

Изображения коренных жителей страны нередко соседствуют со снимками светловолосых и белокожих парней. «Дмитрий Марков» — заметил обозреватель “Ъ” человека на почетном стенде в здании «Общественного телевидения Азербайджана». Не сказать, что представители других этнических групп как-то отдельно выделяются местными СМИ, но такого рода соседство лучше всего иллюстрирует провозглашаемую страной многонациональность.

Еще одно свидетельство недавних событий — обилие флагов на улицах и балконах. Азербайджанские флаги в стране вывешивают уже несколько лет, но вот турецкие в массе своей появились уже после решительной поддержки в Карабахской войне, которую оказала Турция. Иногда к ним добавляют флаг Пакистана, и три полотнища с полумесяцами образуют своего рода иллюстративно-политический триптих. Опрошенные “Ъ” бакинцы вспоминают, что после урегулирования карабахской ситуации при участии России на улицах впервые в постсоветской истории массово появились и флаги РФ, но обозревателю “Ъ” самому увидеть их не удалось.

Сейчас, впрочем, война уже в прошлом: семь районов Азербайджана, которые армянская сторона называла «поясом безопасности Нагорного Карабаха», вернулись под контроль Баку. В сухих цифрах это более 7,5 тыс. кв. км территории, с которой в свое время вынуждены были бежать более 600 тыс. человек, расселенных впоследствии по другим регионам страны.

Как рассказал “Ъ” директор Института экономики при Национальной академии наук Азербайджана Назим Иманов, руководство страны развернуло масштабную работу по реинтеграции земель — «работает целый штаб под руководством главы администрации президента, в его составе 17 рабочих групп». По словам господина Иманова, задача непростая: значительная часть территории заминирована. И если дороги можно «расчистить» довольно быстро, то на разминирование всех земель, в том числе пахотных, могут уйти долгие годы. Учитывая, что до войны 60% местного населения занималось земледелием, это критически важно.

Руководство Азербайджана при восстановлении территорий приняло решение отдать приоритет именно репатриации, то есть возвращению на земли людей, которые жили там до войны, и их потомков. «Мы ориентируемся на 1 млн человек. Будет и укрупнение населенных пунктов, и развитие современных секторов экономики вроде IT»,— уточнил Назим Иманов.

Как Россия, Азербайджан и Армения пытаются начать восстановление региона

Примечательно, что господин Иманов стал одним из немногих экспертов, который задолго до второй Карабахской войны изучил вопрос экономического восстановления оккупированных тогда территорий и написал книгу — после внезапного триумфа азербайджанских войск его экспертиза оказалась как никогда востребованной. По его оценкам, за десять лет объем инвестиций, необходимых для восстановления освобожденных земель, может достичь $60 млрд — учитывая, что ВВП Азербайджана составляет около $48 млрд, эта сумма выглядит фантастической. «Это совсем необязательно должны быть исключительно госинвестиции. Туда могут инвестировать и частные лица, и дружественные Азербайджану государства вроде Турции и России», — уточнил экономист.

Официальные власти, обсуждая стоящие перед ними экономические задачи, более сдержанны в оценках. «Промежуточная цифра закреплена в бюджете на 2021 год — это около 2,2 млрд манатов, или примерно $1,5 млрд», — рассказал российским журналистам министр экономики Азербайджана Микаил Джаббаров. По его словам, накопленные резервы Азербайджана позволяют стране эффективно решать вопрос с реинтеграцией, не жертвуя социальными выплатами или иными значимыми госрасходами.

Господин Джаббаров отметил, что власти Азербайджана намерены активно развивать освобожденные территории с привлечением частных инвестиций, сосредоточившись на горнорудной промышленности, сельском хозяйстве, туризме и грузоперевозках. В его речи прозвучала идея, что налаживание нормальной экономической деятельности пойдет на пользу всем государствам региона, в том числе Армении.

Вообще, идея всеобщей пользы и взаимной выгоды часто звучала из уст собеседников “Ъ” в Баку. Причем касалась она как экономики — восстановления нормального функционирования региона, — так и политики.

«Действия руководства Азербайджана как в период войны, так и в процессе согласования трехстороннего заявления еще раз подтвердили, что Баку, во-первых, независим в принятии решений, во-вторых, является предсказуемым и ответственным партнером», — рассказал “Ъ” посол по особым поручениям МИД Азербайджана Эльшад Искендеров. Он подчеркнул, что Баку неизменно привержен и международному праву, и учету интересов региональных партнеров.

«Именно надежность и взвешенность внешнеполитического курса президента Ильхама Алиева превращает Азербайджан по итогам войны в уникальную площадку регионального сотрудничества важных геополитических центров — прежде всего России и Турции. Демонстрацией этого является начало успешного функционирования Совместного российско-турецкого мониторингового центра. Этот центр не только важный элемент долгосрочного мира в Карабахе, но и фактор доверия в более широком геополитическом контексте», — добавил дипломат.

Собеседники издания подчеркивали, что Баку дорожит ролью партнера в трехстороннем взаимодействии с Россией и Турцией, что позволяет Азербайджану успешно работать с двумя мощными игроками региона, не попадая ни от кого в зависимость и не жертвуя суверенитетом. Кроме того, они указывали, что «азербайджанский кейс» взаимодействия Москвы и Анкары лишен конкурентного, конфронтационного аспекта взаимодействия по Сирии или Ливии.

Израненная земля

От Баку до Тертера немногим более четырех часов на машине. Центральная улица некогда прифронтового города красива и ухожена, однако в подвалах почти каждого из внушительных зданий расположены бомбоубежища с нехитрыми кроватями, деревянными стульями и висящими на проводах электрическими лампочками. У входа в местную администрацию сложены свезенные со всего города обломки ракет, упавших на город во время войны. «Те, что поменьше,— это "Град". Те, что побольше,— "Смерч"»,— комментируют местные жители, за время войны научившиеся различать боеприпасы.

Власти собираются создать здесь музей войны, для которого уже готов первый привезенный из района экспонат: деревянный стол, аккуратно пробитый неразорвавшейся ракетой «Смерча». Тертерский район, откуда привезли это наглядное свидетельство войны, тоже пострадал из-за обстрелов: в выстроенных для беженцев из Карабаха домах где-то выбиты оконные рамы, где-то разрушены целые квартиры, где-то стены испещрены осколками. Пострадали и школы: снаряды разрушали крыши и уничтожали целые классные помещения. Власти уже начали ремонтные работы, а местные жители надеются, что больше обстрелов не будет никогда.

Они недоумевают: в городе не было военных целей, армянские силы контролировали все близлежащие высоты и прекрасно видели, куда стреляют, так зачем бить по местным селам? Отвечать уже некому — и именно здесь слабее всего верится в реальность скорого межэтнического примирения азербайджанцев и армян.

Вера эта окончательно угасает по мере приближения к Агдаму, некогда богатому городу на границе горной и равнинной частей Карабаха. Просто так туда не попасть: в районе по-прежнему не восстановлена гражданская администрация, и полиция передает нас в заботливые руки военной контрразведки. Наш микроавтобус следует за военной «Нивой» — внедорожник петляет по дороге, объезжая неисследованные саперами отрезки. В салоне с нами солдат, в руках у него видавший виды АКС-74У.

Агдамский пейзаж сегодня похож на что угодно: на декорации к фильму-антиутопии, фотографии с марсохода Curiosity, виды кометы Чурюмова—Герасименко, склад грязи и камней — только не на карабахскую жемчужину и родину известного всему СССР портвейна. Единственное уцелевшее здание — азербайджанская мечеть, которую захватившие город армяне якобы использовали для наводки артиллерийских ударов. Иногда среди обломков виднеются остатки панно, как на Музее хлеба, и надписи на азербайджанском еще кириллицей (одна из них с еле различимым словом «Конститусиясы», видимо, повествовала о преимуществах советского Основного закона 1978 года).

Масштаб разрушений особенно потрясает, учитывая, что город не сильно пострадал в ходе первой Карабахской войны и был без боя сдан армянскими силами — во вторую. Здания разрушены, деревья уничтожены, поля выжжены. Баку, без сомнений, еще долго предстоит возвращать «поясу безопасности НКР» цивилизованный вид обжитой земли.

Нагорный Карабах после прекращения военных действий

Единственным островком стабильности в этой пока безрадостной картине выглядит территория российско-турецкого центра мониторинга ситуации, выстроенная властями Азербайджана в четком, практически хирургическом соответствии с «зеркальной» политикой. Контейнерный городок во всем и везде поделен на две равные части, призванные показать: обе стороны равны и пользуются одинаково высоким уважением.

Основная «рабочая» зона, хотя и общая, де-факто поделена надвое: каждой стороне выделен свой стол, восемь компьютеров, четыре экрана для мониторинга ситуации с беспилотников и обзора СМИ, а также по одному стенду с информацией и кабинету командира. В комнатке российского командующего рядом с флагом лесенкой помещены портреты президента, министра обороны и главы Генштаба, а в помещении турецкого «комутана» с государственным флагом соседствует большой, но единственный портрет основателя современного турецкого государства Мустафы Кемаля. Еще из отличий — наклейка с текстом тропаря Животворящему Кресту. Мусульманского «аналога» обозревателю “Ъ” найти не удалось.

«Зеркально» разделены и зоны отдыха: “Ъ” удалось увидеть лишь российскую комнату, где двое солдат картинно играли в шахматы, двое — в шашки, а три человека с нехарактерными для болельщиков каменными лицами смотрели футбол. «Бытовые условия хорошие, — отчеканил в беседе с “Ъ” один из военнослужащих,— главное, поставленная задача выполняется четко».

Вместо послесловия

«Широко шагает Азербайджан» — эту крылатую фразу советского генерального секретаря Леонида Брежнева, пожалуй, уместно применить и к сегодняшнему дню.

Одержав победу в Карабахской войне и утвердив себя одной из влиятельных держав региона, Баку пытается окончательно зафиксировать свой статус ключевого равноудаленного и важнейшего партнера и России, и Турции, и других держав региона, став своего рода «Швейцарией Южного Кавказа». Это последовательная тактика: в Баку любят напоминать, что именно в столице Азербайджана проходят встречи высших военных чиновников России и НАТО. Пока она приносит плоды, и дипломатические, и реальные, в виде возвращения земель.